Volvo › Слушаем шеф-стилиста Geely и Volvo Питера Хорбери

Михаил Петровский,

Мы заполучили вице-президента Volvo почти на час прямо в Москве. Оказывается, он уже бывал тут — в 1998 году. По его словам, городской трафик пах тогда гораздо хуже. Сегодня воздух чище. Сильнее переменился разве что Китай, где Хорбери был с перерывом в 22 года, — там теперь просто другой мир.

История повторяется для Питера Хорбери. Однажды его как шеф-дизайнера Volvo уже повышали до главного стилиста целой группы компаний: в начале 2000-х он отвечал разом за Volvo, Jaguar, Aston Martin и Land Rover, пока все они входили в фордовскую «премьер-лигу» PAG. Потом Хорбери переключился на американский Ford: англичанину подчинялись дизайн-бюро всех домашних брендов концерна. Линкольна, ещё живой в ту пору марки Mercury и собственно Форда. Из-за океана Питер снова вернулся руководить стилистами Volvo.

Сегодня, после очередного повышения, он возглавляет креативный департамент Geely Group, китайской компании, купившей у Форда Volvo вместе с Хорбери. Глигл, прости господи, Энгранд и Энглон (это всё бренды Geely, за которые теперь тоже отвечает Хорбери) обсуждать ещё рано. Мы с удовольствием поговорили с ним о работе шеф-дизайнера вообще и, конечно же, о Volvo, где он снискал славу прозорливого управленца. Смотрите интервью в трёх частях.

Автомобильные дизайнеры, по мнению Хорбери, не должны делиться на интерьерщиков или экстерьерщиков. Так это поставлено в Volvo. «Важно, чтобы дизайнер обладал навыками во всех областях. Интерьер очень сложен! Там около 450 объектов, которые нужно придумать, разработать, произвести и протестировать. И всё должно сочетаться в тесном пространстве интерьера. Чудесная работа! Экстерьер прост по сравнению с этим. Хотя гламур — это, как правило, внешность».

Будущее Volvo — интуитивное обращение с любой системой автомобиля. Последний вольвовский концепт You — предвестник нового витка Volvo Хорбери. «Не все покупатели любят, когда автомобиль умнее тебя», — говорит англичанин.

На мой вопрос, почему в 2009-м его снова пригласили в Volvo, Хорбери шутит: «Наверное, решили, что со мной компанию можно продать дороже». Как же он согласился работать в фирме, находящейся в критическом положении на пороге сделки с китайцами?
— Я сделал в Америке всё, что хотел. Карьера в Детройте была выстроена. Я знал, что происходило на тот момент с Volvo, было понятно, кто, скорее всего, купит компанию. Если бы я слушал разум, то всё ещё был бы в Форде. Но Volvo — моя страсть. Тяга к приключениям оказалась сильнее — это, пожалуй, моя самая большая слабость. Ненавижу знать будущее. Мне нужно ощущение неизвестности. И так было с Volvo. Никто не знал, как разрешится эта ситуация, но для мне это показалось интересной работой. Я рискнул — и ожидания оправдываются. Всегда лучше стоять на палубе уходящего корабля, чем на пирсе в толпе провожающих.

Вернувшись в Volvo, Хорбери занял место Стива Маттина, который в своё время пришёл в шведскую компанию из Мерседеса. Кстати, Маттин — не чужой нам с вами человек теперь. В прошлом году его нанял АвтоВАЗ. Лично мне нынешний стиль Volvo кажется слишком азиатским. Не разносят ли это поветрие бывшие мерседесовцы? А Хорбери говорит, что если без меры увлекаться украшательством, то будут получаться фантастически профессиональные пластилиновые модели, за которыми может потеряться видение конечного продукта.

В Москву Хорбери приехал, чтобы привлечь студентов Строгановки к брейн-сторму вокруг перспективного кроссовера XC90. Такое сотрудничество, по его словам, идёт по всему миру: Volvo интересно видение дизайнеров, представляющих основные рынки, — американский, европейский, китайский. И, конечно же, важно знать, каким воображают себе будущий XC90 в России, где нынешнюю машину очень любят. Пока между участниками проекта нефинансовые отношения. Но если кто-то из студентов себя хорошо покажет, его пригласят в Швецию на практику. Ну или, я так понимаю, в Китай...

Volvo XC90 — один из примеров скандинавского дизайна, который выдержал проверку временем. Автомобиль, представленный в 2002 году, до сих пор пользуется устойчивым спросом. А почему так растянут жизненный цикл у важных моделей вроде S60 или XC90? Проблема в ресурсах. Ведь всего пару лет назад дела Форда, которому на тот момент принадлежала фирма Volvo, шли совсем не так успешно, как сегодня. Средства были ограничены, и вопрос, на что тратить деньги в первую очередь, решался скорее в пользу нового Форда, чем, скажем, новой модели Volvo.

«Плечо Хорбери» — как иногда называют характерный «подоконник» автомобилей Volvo — впервые появилось на концепт-каре ECC 1992 года (вверху). Оригинальная идея принадлежит вовсе не Хорбери, а Дагу Фрейзеру. Но мастерство шеф-дизайнера именно в том, чтобы распознать в такой детали ключ к новому стилю марки.«Я сразу увидел в этом передние крылья Volvo PV444 и PV544, созданные по деревянным моделям. Это «плечи» 240-й модели. Это шведское кресло в моём офисе с выгнутыми подлокотниками. Это то, что делает дизайн шведским».

Хорбери уверяет, что может нарисовать Volvo S60 тремя линиями — и мы всё равно узнаем этот автомобиль, который продержался на конвейере больше десяти лет. Это хороший пример того, как детали — например, задние фонари — являются продолжением пластики кузова.

У Volvo сейчас несколько дизайн-студий: основная в Гётеборге, ещё в Барселоне и Калифорнии, а недавно открылось бюро в Шанхае. Причём работает оно отдельно от Geely. Хорбери говорит, что раз автомобили Volvo разрабатываются в Китае, там должны быть и свои дизайнеры. «Пусть у нас сугубо скандинавский продукт, он совершенствуется в том числе и под влиянием китайского рынка. Нужно следить за трендами в Поднебесной, чтобы создать автомобиль, который как минимум не огорчит китайцев. Впрочем, мы работаем не для того, чтобы восхищать одних только китайцев или, скажем, американцев. Мы должны создать нечто, что понравится всюду. Для этого нужна надёжная обратная связь с рынками». Между прочим, у Volvo нет специализированных вперёдсмотрящих — все студии занимаются перспективными исследованиями.

Английская школа автомобильного дизайна — сильнейшая в мире. Хорбери — один из группы британских дизайнеров выпуска середины 70-х, занимающих сегодня ключевые посты в разных автомобильных компаниях. Причём на протяжении многих лет им удаётся постоянно держаться вместе. Например, Мартин Смит, с которым Хорбери учился в одной школе и в колледже, — это исполнительный дизайн-директор европейского Форда. Старый приятель Ян Колам — шеф-дизайнер Ягуара. Его брат Морей работал под началом Хорбери в американском Форде. Мне всегда хотелось расспросить кого-нибудь из членов этого «британского клуба» о дружбе и соперничестве.

Хорбери упомянул ещё одно: новые владельцы Volvo из Geely не собираются превращать шведскую марку в китайский ширпотреб с известным лейблом. От неё требуется стопроцентная аутентичность. «Чем больше наши китайские коллеги посещают Швецию, тем сильнее её ценят». Благородный европейский имидж — источник добавленной стоимости. Я, признаться, не большой поклонник современного дизайна Volvo и всячески приветствовал возвращение Хорбери.

Жаль, конечно, что на этот раз его повысили раньше, чем он успел выпустить свою новую «шестидесятку» или XC90. Но, по крайней мере, он заверил нас в том, что в компании соблюдается преемственность планов. Хочется надеяться, что за последние два года он провёл со своими подчинёнными достаточно времени, чтобы превратить их в единомышленников. Он безусловно чувствует бренд и способен вернуть ему тот имидж, по которому я лично сильно скучаю.

Комментарии 32
Поделиться
Лайкнуть
Отправить
Закрыть
ВКонтакте Facebook Одноклассники Рассылка Подпишитесь на новости Драйва, чтобы ничего не пропустить.

Комментарии

Загружаем комментарии...